Державна установа "Запорізький обласний лабораторний центр
Міністерства охорони здоров'я України"

Приймальня /061/ 283-17-00, e-mail: zpoblses@ukr.net. «Гаряча лінія»: 707-62-27.
«Гаряча лінія - Анти грип»: /061/ 283-17-07; 283-17-29

Вхід для користувачів

Швидкі посилання


Урядова «гаряча лінія» 0-800-507-309

ZOKC

 

К 30-й годовщине аварии на Чернобыльской АЭС. Михаил Костенецкий: «Теперь для многих людей жизнь состоит из двух периодов: до аварии на Чернобыльской АЭС и после» (26/04/2016)

Как это было. Работа санэпидслужбы Запорожской области в период ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС.

Раздался резкий телефонный звонок.

- Михаил Ильич! Вам необходимо срочно явиться на работу.

Это было 27 апреля 1986 года, в воскресенье, в 12.00.

Так для меня начался новый жизненный этап. Теперь для многих людей жизнь состоит из двух периодов: до аварии на Чернобыльской АЭС и после.

В радиологическом отделе Запорожской областной санэпидстанции собрались специалисты, занимающиеся контролем за радиационной обстановкой окружающей среды.

- К нам поступила шифрограмма из областного штаба ГО о немедленном начале работы по контролю за радиоактивностью питьевой воды и гамма-фоном местности.

- Что случилось? - заволновались мы.

- Пока ничего добавить не могу, - сказала заведующая и стала судорожно набирать по телефону номера Министерства здравоохранения Украины.

Там тоже ничего внятного объяснить не смогли. Об аварии в Чернобыле мы узнали только на следующий день.

25 апреля 1986 года планировалась остановка 4-го энергоблока Чернобыльской АЭС. В момент остановки предполагалось провести испытания реактора с отключенными защитами в режиме полного обесточивания оборудования.

По программе, составленной заранее, при остановке 4-го блока намечалось определить время, в течении которого турбогенераторы должны по инерции вырабатывать электроэнергию и приводить в действие водяные насосы для охлаждения реактора после его остановки.

26 апреля в 1 час 20 минут подачу пара в турбогенератор прекратили и сразу же работа охлаждающих насосов замедлилась, в связи с чем поступление воды для охлаждения реактора резко уменьшилось. В связи с тем, что аварийная защита была отключена, за считанные секунды температура в реакторе резко подскочила, в результате чего произошла неконтролируемая цепная реакция.

В 1 час 23 минут раздалось два взрыва с интервалом в 3 секунды. Взрывы были вызваны высокой концентрацией водорода в гремучей смеси. В результате взрывов были разрушены реактор и здание 4-го энергоблока. Под действием высокой температуры загорелся графитовый замедлитель. Произошел выброс в атмосферу огромного количества радиоактивных веществ.

Впоследствии, оценивая ситуацию, иностранные специалисты утверждали, что подобная авария была бы невозможна в реакторах, имеющих другую конструкцию. Действия же персонала, как было установлено позднее, были безупречны. Ошибка эксплуатационников состояла лишь в том, что они ничего не знали об особенностях реактора этого типа и его конструктивных недостатках, если это можно назвать ошибкой. Об этом тогда не знал никто.

28 апреля при Запорожской областной санэпидстанции был создан оперативный штаб во главе с главным врачом В. Ф. Мариевским (позднее - Главный государственный санитарный врач Украины). Было введено круглосуточное дежурство и организован постоянный радиационный контроль питьевой воды и гамма-фона местности.

С 29 апреля гамма-фон постепенно стал нарастать и достиг максимума в 1 час ночи 1 мая. Уровни его составили 150 мкр/час при фоновых величинах 11-12 мкр/час. Однако к утру гамма-фон снизился и составил 40 мкр/час. Таким образом, радиоактивное облако (так называемый южный след) прошло над Запорожьем в ночь с 30 апреля на 1 мая.

Возник вопрос: проводить первомайскую демонстрацию трудящихся при таких уровнях или не проводить. Оценивая ситуацию, специалисты приняли решение - непосредственной угрозы жизни и здоровью людей такие уровни не несут. Демонстрацию проводить можно.

С 30 апреля специалистами областной санэпидстанции при исследовании воздуха начал регистрироваться радиоактивный йод-131, который при нормальной работе АЭС в атмосфере отсутствует. Это подтвердило наличие свежих радиоактивных выбросов и свидетельствовало о крупной аварии реактора. Кроме йода-131, в воздухе появились и другие радионуклиды станционного происхождения: церий-144, цезий-134, барий-140, рубидий-106, церий-141 и др. Одновременно с этим повысилась и радиоактивность воды реки Днепр.

В связи с большим объемом работ по контролю за радиоактивностью воздуха и воды были привлечены специалисты других подразделений облСЭС, которые в короткие сроки прошли соответствующее обучение.

Для уточнения радиационной обстановки на территории Запорожской области в мае была проведена гамма-съемка местности с использованием передвижной радиометрической лаборатории ПРЛ-69.

В результате гамма-съемки были выявлены радиоактивные пятна в отдельных местах Васильевского, Куйбышевского, Пологовского, Каменско-Днепровского и некоторых других районов. Это были ограниченные участки с уровнями гамма-фона над почвой 100-250 мкр/час.

В мае 1986 года лаборатория радиологического отдела областной санэпидстанции приступи­ла к радиационному контролю продуктов питания. Для контроля отбирались пробы сельскохозяйственной продукции, выращиваемой на территории области и завозимой из других областей, а также продукция животноводства, в первую очередь - молоко и мясо.

Первые временные нормативы, утвержденные Минздравом СССР 03.05.1986 года были получены 4 мая. Ими нормировалось содержание йода-131 в молоке коров и в воде. Нормативы были уста­новлены из расчета не превышения дозы облучения человека 10 бэр за год (доза, превышающая годовой норматив для профессионалов в 2 раза).

6 мая вышли нормативы содержания йода-131 в основных молочных продуктах - твороге, сметане, сыре, масле, а также в рыбе и столовой зелени. Для детей нормативы, были установлены в 10 раз меньше, чем для взрослых.

К сожалению, у большинства контролирующих организаций отсутствовала аппаратура, позволяющая определять содержания йода-131, поэтому контролировалась общая активность, при превышении которой считалось, что превышено, в том числе и содержание йода-131.

Наконец 16 мая 1986 года были утверждены нормативы суммарной активности в основных продуктах питания, что значительно облегчило работу радиологических лабораторий.

Всего во втором полугодии 1986 года радиологической лабораторией облСЭС было выполнено около 3 тысяч анализов, в том числе 2,5 тысячи на суммарную активность продуктов пи­тания и воды. При этом регистрировались случаи превышения временно установленных допустимых уровней, в связи, с чем продукция снималась с продажи и уничтожалась.

17 мая из Киева поступила срочная телефонограмма: командировать группу специалистов в Киевскую область для оказания помощи местной санэпидслужбе по ведению санитарно-гигиенического и радиационного контроля. Было принято решение послать девять человек - специалистов различного профиля. В группу вошли: Костенецкий Михаил Ильич - руководитель группы, врач-радиолог; Губерник Александр Григорьевич - врач-гигиенист; Мышенков Борис Владимирович - врач-гигиенист; Таралешко Антонина Георгиевна - помощник эпидемиолога; Белая Тамара Федоровна - помощник эпидемиолога; Мельничук Федор Лаврентьевич - помощник санврача; Балинская Анна Михайловна - лаборант; Мартынов Владимир Иванович - водитель.

Экипировались серьезно, так как конкретно не знали, что нас ждет. Взяли дозиметрические приборы: ДП-100, ДП-5Б, СРП-68-01, индивидуальные дозиметры КИД-2, получили индивидуальные средства защиты - пластикатовые костюмы, респираторы “Лепесток”. Готовились к худшему.

Выехали поздно вечером 19 мая на своем транспорте. В УАЗе вместе с аппаратурой и личными вещами еле разместились. Груженая машина шла тяжело. К Киеву подъехали только на рассвете.

Для интереса высунули датчик прибора через окно - стрелка угрожающе поползла вправо; переключили на другой диапазон. Дозиметр показал 300 мкр/час. А это в 20-25 раз выше обычного естественного фона, регистрируемого в Запорожье. Стало не по себе. Из всех едущих в машине только радиолог понимал, что это значит.

В семь утра прибыли в Киевскую областную санэпидстанцию. Нас встретил заведующий радиологическим отделом, который здесь и ночевал. Тут же подошел и главный врач В. В. Малашевский. Пригласив в кабинет, поставил задачу:

- Вам необходимо ехать в Полесский район. Разместитесь в здании районной санэпидстанции. Конкретные обязанности расскажет главный врач райСЭС. Поскольку уровни радиоактивности там значительные, срок командировки ограничен 10 днями. Вас сменит другая группа специалистов из вашей области.

Мы отправились в путь. Следуя в Полесское, неоднократно проезжали посты ГАИ, которые останавливали нас и требовали проездные документы. Дозиметрический контроль транспорта не велся.

Наконец, мы на месте. Аккуратное двухэтажное здание Полесской райСЭС расположено на территории Центральной районной больницы. В глаза бросилась развернутая палатка у входа для санитарной обработки. Толпы людей - эвакуированных, как оказалось впоследствии; небольшая неразбериха. Перед нами прибыла большая группа врачей, тоже из Запорожской области, подкрепление медикам района.

Представились главному врачу райСЭС. Нас быстро разместили в актовом зале и кабинетах второго этажа. Выдали раскладушки, матрацы, постели. В общем, устроились неплохо. Питание было организовано в столовой по талонам и бесплатно (позже бесплатное питание отменили). Нам сказали, что будут даже выдавать вино, но это не подтвердилось. Оказалось: действительно, употреблять спиртное ранее разрешалось (говорили, для профилактики радиационных поражений), но накануне нашего приезда произошло несколько автомобильных аварий, и спиртное выдавать запретили.

Основные наши обязанности заключались в санитарном надзоре за объектами общественного питания, водоснабжения, канализации; в радиационном контроле продуктов, питьевой воды, а также измерении гамма-фона в населенных пунктах района с подсчетом доз облучения на­селения и последующим определением возможности дальнейшего проживания здесь.

Поскольку в нашей группе были высококвалифицированные специалисты всех профилей, это не составляло большого труда. Правда, нагрузка была немалая, но люди работали с полной отдачей, понимая всю меру ответственности. Нас предупредили, что надо вести учет работы и рабочего времени. Приезжали из Киевской областной СЭС, проверяли ведение документации. Тогда нам казалось это обычным проявлением бюрократизма, ведь в то время никто не думал о каких-либо льготах. Но впоследствии эти документы нам пригодились. На основании их определяли статус “ликвидатора".

До аварии на Чернобыльской АЭС в Полесской районной санэпидстанции, как и во многих других райСЭС, радиологической службы не было. Хорошо, что нашли военный дозиметр ДП-5. По системе ГО в санэпидстанции была группа эпидразведки. Начальником этой группы был заведующий эпидемиологическим отделом Врублевский А Ф. Он умел работать на этом приборе и быстро обучил еще 30 человек.

Было создано несколько групп дозиметристов, которые ежедневно по установленным маршру­там объезжали населенные пункты района и замеряли уровни гамма-фона. Работа пошла веселее.

В результате тщательной дозиметрии было установлено, что радиоактивные вещества на территории района выпали неравномерно. В некоторых населенных пунктах уровни гамма-излучения составляли 0,5 - 1 мр/час, а кое-где и того больше.

К сожалению, не подтвердилась теория, которой нас обучали на занятиях по гражданской обороне: радиоактивный след должен иметь эллипсовидную форму и равномерное распределение активности по зонам. В связи с этим, как мы поняли впоследствии, определение 30-километровой зоны, которая считалась наиболее загрязненной и из которой проводилась эвакуация на­селения, было неправомерным.

Позднее, когда была проведена аэрогамма-съемка, оказалось, что большая часть Полесского района загрязнена радиоактивными веществами значительно сильнее, чем некоторые населенные пункты 30-километровой зоны. В связи с этим в 1986 году население 11 населенных пунктов района было эвакуировано, а в 1989 - 90 гг. правительством было принято решение об отселении жителей еще четырех сел и самого пгт. Полесское.

Мы работали по 12 часов в сутки. В составе бригад Полесской райСЭС ежедневно объезжали населенные пункты района и замеряли гамма-фон. Наши специалисты развернули в здании райСЭС радиологическую лабораторию и измеряли содержание радионуклидов в пищевых продуктах, в основном местного производства. Проверялись молоко и молочная продукция, мясо, овощи, фрукты, ягоды, пищевая зелень, яйца. Местное население несло все, что росло на их приусадебных участках. В процессе измерений часто выявлялись превышения действующих нормативов, о чем давалось заключение. Но что население делало с этими продуктами в дальнейшем, мы не знали, поскольку тогда не существовало жесткого контроля за загрязненной продукцией. К тому же отсутствовала нормативная и правовая база, регламентирующая уничтожение радиоактивно опасных продуктов.

Врачи по гигиене питания и коммунальной гигиене обследовали объекты общественного пи­тания, водоснабжения, очистные сооружения. Принимали жесткие меры в случае нарушения санитарных правил. По гигиеническим показателям было закрыто три столовых, давались предложения по режимным вопросам и другим.

Конечно, никто из специалистов санитарной службы не пользовался респираторами, поскольку население их тоже не использовало, а белыми воронами выглядеть было неудобно. Не проводилась и йодная профилактика. А, кстати, в это время уровни содержания йода-131 в воздухе были весьма значительными.

Мы могли только рекомендовать населению меры профилактики при попадании радионуклидов в организм с продуктами питания.

Через 10 дней мы возвратились домой. На смену нам прибыла другая группа специалистов. Так, сменяя друг друга, бригады специалистов санэпидслужбы Запорожской области в течение двух месяцев ездили в Полесский район Киевской области для оказания помощи местной санитарной службе.

Была проделана огромная работа. Почти каждая бригада привозила благодарность местных органов власти и руководителей здравоохранения. Впоследствии все работники санэпидслужбы, около 100 человек, побывавшие в Полесском районе, получили статус «Участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС».

Прибыв домой, мы незамедлительно приступили к работе. Предстояло детально исследовать состояние радиоактивности почвы в Запорожской области, чтобы иметь полную картину последствий Чернобыльской аварии на территории области. Это и было сделано в июле 1986 года, а затем повторено в конце года. Исследованиями было установлено, что радиоактивные элементы цезий-137 и стронций-90 на территории Запорожской области выпали неравномерно. Наибольшему загрязнению подверглись восточные и северо-восточные районы. Однако в целом плотность загрязнения была значительно ниже 1 Кюри/км2 и не представляла непосредственной опасности для здоровья населения.

Большую помощь в проведении исследований оказало нам Министерство здравоохранения Украины. Радиологическая лаборатория облСЭС была преобразована в радиологический отдел, были выделены дополнительные ставки специалистов, а также средства для приобретения высокочувствительного современного оборудования.

Радиологический отдел продолжил плановую работу по контролю за радиоактивностью окружающей среды, которая велась со времени создания лаборатории в 1958 году.

Вспоминая те трагические дни, только сейчас понимаешь с какой отдачей и самоотверженностью работали специалисты санэпидслужбы в очаге поражения радиационной аварии на Чернобыльской АЭС.

Многие не дожили до этой даты, и не последнее место в их смерти сыграло облучение продуктами ядерного взрыва.

Честь им и хвала! И вечная память!

Костенецкий Михаил Ильич,

заведующий радиологической лаборатории Государственного учреждения «Запорожский областной лабораторный Центр Госсанэпидслужбы Украины», член Национальной комиссии по радиационной защите населения Украины (НКРЗУ) при Верховной Раде Украины, кандидат медицинских наук, ликвидатор аварии на Чернобыльской АЭС

26/04/2016


Архів по роках: 2007 | 2008 | 2009 | 2010 | 2011 | 2012 | 2013 | 2014 | 2015 | 2016 | 2017

Прес-службаІсторіяЛабораторний центрДокументиНаукові матеріалиПублічна інформація
Copyright © iC